Лабиринт без Минотавра

Лабиринт без Минотавра

Как организовать образовательную поездку и не утратить при этом семейного взаимопонимания
10.02
На студенческие каникулы мы съездили с Крошкой в страну изучаемого языка, где он исправно читал и даже отчасти переводил мне ветвистые надписи на памятниках. Пытался, конечно, аппелировать к тому, что словарный запас его невелик, да и вообще, но я рычала сурово: «У нас образовательная поездка!»

Крошка вздыхал, читал очередные латинские славословия, а выйдя из музея, требовал макарон, сиречь пасты. От моих предложений разнообразить меню он отмахивался: «У нас образовательная поездка!»
Крошке скоро восемнадцать, и он отлично усвоил нашу концепцию путешествий.

Искать гильзы на бородинском плац-театре после традиционной сентябрьской реконструкции, пройти полный круг по гребню городского вала в Переславле-Залесском, обойти «эмоцiйны» кофейни Львова, положить камуфляжной расцветки бандану перед памятником поручику Тенгинского пехотного полка, одному из создателей российского спецназа, в Геленджике, подпеть льющейся с диска старой песне о подвиге рядового того же полка, проезжая на машине через бывшие Михайловские укрепления на Черноморском побережье, покататься на велосипедах в Гайд-парке, сходить на сырную ярмарку в Алкмааре или выискивать античные обломки в более поздних постройках вдоль Аппиевой дороги все это считается у нас в семье образовательной поездкой.

На самом деле, конечно, я так успокаиваю свою совесть, когда она голосом классной руководительницы советует обратить внимание на отметки сына. Хорошо, что Крошка наконец-то закончил школу. Но ведь есть еще и Малютка, его брат, тот еще оболтус.

У оболтуса оценка по истории колеблется между двойкой и тройкой. Он никогда не помнит дат и принципиально не читает учебник. Зато оболтус видел в нескольких провинциальных музеев утюги «Лев Толстой горит в аду», рулил вместе с братом двумя видами дрезин, отличает мундир Ахтырского полка от мундира Гродненского или, скажем, Лейб-гусарского, а древнеримскую кладку стен  от средневековой английской.
«И что ему это дало?!»  возмущенно спрашивает бабушка.

В плане оценок  пожалуй, что и ничего. А вот в плане понимания реальности и живости истории, думаю, многое. Как и в плане семейного взаимопонимания.

Но школа не может мыслить такими категориями, как живость истории или общность семейных интересов, даже если очень захочет. Школа вынуждена мыслить оценками.

И мне тоже иногда очень хочется мыслить оценками. Рисовать на полях палочки и галочки, разбавляя их иногда плюсиками и вопросительными знаками. Это соблазнительно, потому что понятно. План урока.

Объяснение-усвоение-закрепление. Знания-умения-навыки. Что должно получиться на выходе. Каждый учитель точно знает, что должно получиться на выходе.

Я тоже знаю. Должен получиться друг, с которым мне интересно и которому интересно со мной. Только не на выходе, а в процессе. Потому что какой уж тут выход. Тут сплошной лабиринт  и надо постараться не поселить в. него случайно какого-нибудь Минотавра. Есть у меня такое ощущение, что Минотавры любят селиться в лабиринтах из палочек, галочек, плюсиков и поурочных планов. Поэтому в свой лабиринт мы с удовольствием добавляем для профилактики легкого безумия.

В летнем Петербурге мои дети кричали «ужо!» Медному всаднику (и да, после этого город залило, вода на Невском стояла выше колена), в Лондоне искали синюю полицейскую будку (нашли!), а в Амстердаме из всех возможных музеев выбрали Музей кошечек (где обнаружили среди статуэток и афиш кабаре Chat Noir портрет Ленина и крутящийся нон-стопом советский мультфильм «Кошка, которая гуляла сама по себе»). Это все отлично укладывается в нашу концепцию. Проверяем суеверия, отдаем дань любимым сериалам и подчиняемся внезапным порывам. Так мы образуем свою жизнь. Следовательно, образовательной может стать любая поездка  если, конечно, ее правильно позиционировать.

Кстати. В Риме, где мы оба были впервые, Крошка довольно уверенно водил меня по Замку Святого Ангела. В ответ же на мои комплименты его способности ориентироваться сын скромно промолвил: «Я столько раз здесь бегал в игре Assassin’s Creed…»

Ну что сказать. Образование нынче многолико. И это тоже укладывается в нашу семейную концепцию.

Ещё материалы этого проекта
Non, je ne regrette rien
Если бы я была актрисой и мне надо было плакать по заказу, у меня есть воспоминание, которое помогало бы безотказно: вот моя девочка гордо идёт к микрофону, стараясь шагать красиво и ровно, как манекенщица, – и вдруг падает, взметнув ноги выше головы! Проклятые новые скользкие подошвы. Господи, какое у неё было лицо!.. Ну вот, всё, уже плачу.
25.09.2009
Младенец как модный аксессуар
Даже если вы случайно не купите чего-нибудь необходимого или, наоборот, совсем ненужного для вашего будущего малыша, не беспокойтесь, вам это обязательно подарят.
05.03.2013
Синдерелла из Гиватаима
Как меняется взгляд родителей на старшего ребенка с рождением младшего?  То, о чем не принято говорить открыто, — в колонке Лизы Розовской, матери четырехлетней Рахель и двухмесячного Биньямина.
19.04.2017
Шалом, кита «алеф»!
Учительница дала мне список школьных принадлежностей, которые следовало купить. Над расшифровкой этого списка мы с женой (и словарем Баруха Подольского) бились целый вечер. Два самых сложных ребуса так и остались неразгаданными: «треугольные карандаши» и «умные тетради».
31.08.2012